33a504c8

Коваль Юрий Иосифович - Приключения Васи Куролесова 1



ЮРИЙ ИОСИФОВИЧ КОВАЛЬ
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ВАСИ КУРОЛЕСОВА
Что мне нравится в черных лебедях, так это их красный
нос.
Впрочем, к нашему рассказу это не имеет никакого
отношения. Хотя в тот вечер я сидел на лавочке у Чистых прудов
и смотрел как раз на черных лебедей.
Солнце укатилось за почтамт.
В кинотеатре "Колизей" грянул веселый марш и тут же
сменился пулеметной очередью.
Из стеклянного кафе вышел молодой человек и, распугивая с
асфальта сизарей, направился прямо к моей скамейке. Усевшись
рядом, он достал из кармана часы-луковицу, больше похожие на
репу, щелкнул крышкой, и в тот же миг раздалась мелодия:
Я люблю тебя, жизнь,
И надеюсь, что это взаимно...
Скосив глаза, я глянул на часы и увидел надпись, искусно
вырезанную на крышке: "ЗА ХРАБРОСТЬ".
Под надписью был выцарапан маленький поросенок.
Между тем неизвестный захлопнул крышку часов и сказал
себе под нос:
- Без двадцати девятнадцать.
- Сколько?
- Без двадцати девятнадцать. Или восемнадцать часов сорок
минут. А что?
Передо мной сидел парень, худой, широкоплечий. Нос у него
был несколько великоват, глаза прищуренные, а щеки загорелые и
крепкие, как грецкий орех.
- Где же вы достали такие часики? - завистливо спросил я.
- Да так, купил по случаю. В одном магазинчике.
Это была, конечно, ерунда. Часы с надписью "За храбрость"
не продаются. Неизвестный просто не хотел рассказывать, за что
его наградили часами. Он стеснялся.
- Что мне нравится в черных лебедях, - сказал я
дружелюбно, - так это их красный нос.
Владелец часов засмеялся.
- А мне, - сказал он, - черные лебеди вообще не нравятся.
Лебедь должен быть белым.
Слово за слово - мы разговорились.
- Интересно, - толковал я, - почему это у вас на часах
поросенок нарисован?
- Да это так просто - шутка. Ничего интересного.
- Ну, а все-таки?
- Дело давнее. Я ведь тогда жил еще у мамы. В деревне
Сычи.
- Ну, и что там произошло?
- Да ничего особенного...
* ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. УСЫ И ПОРОСЯТА *
Глава первая. В деревне Сычи
Вместе со своей мамой Евлампьевной жил Вася в деревне
Сычи. Мама Евлампьевна держала кур с петухом и уток, а Вася
учился на механизатора.
Как-то весной, в начале мая, мама Евлампьевна и говорит
Васе:
- Васьк, кур у нас много. И утки есть. А вот поросят
нету. Не купить ли?
- Мам, - говорит Вася, - на что нам поросята? Вырастут -
свиньями станут. В грязи будут валяться. Противно-то как.
- Васьк, - говорит Евлампьевна, - да пусть валяются,
тебе-то чего? Давай купим!
- Мам, - говорит Вася, - да ну их! Хрюкать начнут - отбою
от них не будет.
- Васьк, - говорит Евлампьевна, - да много ли тебе надо
отбою! Похрюкают и перестанут. А мы их будем помойкой кормить.
Они поговорили еще и решили все-таки купить двух поросят.
И в выходной день Вася взял мешок из-под картошки,
вытряхнул из него пыль и поехал на рынок в районный центр. В
город Карманов.
Глава вторая. Тертый калач
А народу на рынке было полно.
У ворот, на которых было написано "Кармановский колхозный
рынок", стояли женщины, толстые и румяные.
Они продавали с рук цветные платки и белое белье.
- Купи! - кричали они Васе. - Купи платок - чистый кумак!
Вася только проталкивался через толпу.
Он увидел, что рынок стоит во дворе бывшего монастыря,
весь обнесен каменной стеной, а по углам - башни с резными
крестами.
- А вот стекло двойное, бэмское! - кричал у входа
стекольщик, который боялся со своим товаром лезть в середину
рынка.
Вместе с толпой Вася прошел в ворота, и сразу же под нос
ему сунулось блюдо с красн



Назад