33a504c8

Коваль Юрий Иосифович - Суер-Выер, Пергамент



Юрий Коваль
Суер-Выер. Пергамент
БЛУЖДАЮЩАЯ ПОДОШВА
Темный крепдешин ночи окутал жидкое тело океана.
Наш старый фрегат "Лавр Георгиевич" тихо покачивался на волнах, нарушая
тишину тропической ночи только скрипом своей ватерлинии.
- Фок-стаксели травить налево! - раздалось с капитанского мостика.
Вмиг оборвалось шестнадцать храпов и тридцать три мозолистых подошвы
выбили на палубе утреннюю зорю.
Только мадам Френкель не выбила зорю. Она плотнее закуталась в свое
одеяло.
- Это становится навязчивым, - недовольно шепнул мне наш капитан
Суер-Выер.
- Совершенно с вами согласен, кэп. Невыносимо слушать этот шелест
одеял.
- Шелест? - удивился капитан. - Я говорю про тридцать третью
подошву. Никак не пойму, откуда она берется.
- Позвольте догадаться, сэр, - сказал лоцман Кацман. - Это одноногий
призрак. Мы его подхватили на отдаленных островах вместе с хеймороем.
- Давно пора пересчитать подошвы, - проворчал старпом. - Похоже, у
кого-то из матросов одна нога раздваивается.
- Эх, Пахомыч, Пахомыч, - засмеялся капитан. - Раздваиваются только
личности.
- Но, извините, сэр, - заметил я. - Бывают на свете такие блуждающие
подошвы. Возможно, это одна из них.
- Подошвы обычно блуждают парами, - встрял Кацман. - Левая и правая.
А эта вообще не поймешь какая.
- Вероятно, она совмещает в себе левизну и правоту одновременно, -
сказал я. - Такое бывает в среде подошв.
- Не знаю, зачем нам на "Лавре" блуждающая подошва, - сказал старпом.
- Ничего не делает по хозяйству, только зорю и выбивает. Найду, нащекочу
как следует и за борт выброшу!
- Попрошу ее не трогать, - сказал капитан. - Не так уж много на
свете блуждающих подошв, которые охотно выбивают зорю. Если ей хочется,
пускай выбивает.
По мудрому призыву капитана мы не трогали нашу блуждающую подошву и
только слушали по утрам, как она выбивает зорю. Чем она занималась в другое
время суток, мне неизвестно. Наверное, спала где-нибудь в клотике.
Боцман однажды наткнулся случайно на спящую блуждающую подошву, схватил
ее и дал по шее подошвой зазевавшемуся матросу Веслоухову. Но потом
аккуратно положил ее обратно в клотик.
ОСТРОВ ВАЛЕРЬЯН БОРИСЫЧЕЙ
- Остров Шампиньонов мы уже открыли, - сказал как-то Суер-Выер. - А
ведь надо бы еще какой-нибудь открыть. Да вон, кстати, какой-то виднеется.
Эй, Пахомыч! Суши весла и обрасопь там, что надо обрасопить!
- Надоело обрасопливать, сэр, - проворчал старпом, - обрасопливаешь,
обрасопливаешь, а толку чуть.
- Давай, давай, обрасопливай без долгих разговоров!
Вскорости Пахомыч обрасопил, что надо, мы сели в шлюпку и поплыли к
острову. На нем не было видно ни души. Песок, песок, да еще какие-то кочки,
торчащие из песка.
- Ну это, конечно, обманные кочки, - сказал Суер. - Знаю я эти
кочечки. Только подплывем, как из этих кочек вылезет черт знает что.
Шлюпка уткнулась носом в берег, и тут же кочечки зашевелились и
каким-то образом нахлобучили на себя велюровые шляпы. Тут и стало ясно, что
это не кочки, а человеческие головы в шляпах, которые торчат из пещерок.
Самая крупная шляпа заколебалась, и из пещерки вылез цельный человек.
Сняв шляпу, он приветственно помахал ею сказал:
- Добро пожаловать, дорогие Валерьян Борисычи!
Мы невольно переглянулись, только Суер поклонился и сказал:
- Здравствуйте, братья по разуму.
Шляпы в норках загудели, заздоровались:
- Здравствуйте, здравствуйте, дорогие Валерьян Борисычи!
А первый в крупной шляпе обнял Суера и расцеловал.
- Ну, как вы добрались до нас? - расспрашивал он. -



Назад